Тарас Шевченко: соприкосание с Россией

Взгляд из Украины

Едва ли Тарас мог предвидеть своё творческое будущее.

Но один случай в его жизни всё-таки был пророческим.

Тарасу было лет шесть, когда он решил дойти …до горизонта, чтобы увидеть, «как небо упирается в землю». Первый раз отправился, в такое путешествие, но вернулся, рассудив, что не успеет до захода солнца. На следующий день, встав пораньше, он прошёл версты четыре, и с удивлением узнал, что кроме родного его села Кирилловки есть ещё село Подиновка, и тут навстречу ему – чумаки на возах, запряженных волами.

-Ты куда идёшь один так поздно? Вечер уже, — спросили они мальчика.

— Хочу посмотреть, где конец света – ответил Тарас.

— Садись на воз, домой отвезём, — сказали чумаки.

До горизонта он не дошёл. Но уж так вышло, что родился Тарас Шевченко в Украине, имя его, его творчество по большей части созрело в России, а через годы стало известно во всём мире. Об этом свидетельствует широко отмечаемое 200-летие гениального поэта и художника.

Путь к известности проходил и через популярные тогда литературные вечера, на которых собирались уже именитые писатели. Так Е.Гребёнка, живший в Петербурге, как только получал из Украины сало, варенье или наливки, созывал петербургских друзей в гости. И среди них непременно был Тарас Шевченко. А популярным среди широкой творческой и читающей публики в русской литературе поэт стал после публикации главной в своей жизни книги «Кобзарь».

У некоторых людей из окружения Тараса Григорьевича возник вопрос: А почему Шевченко пишет на малороссийском, а не на русском языке? Если он имеет поэтическую душу, почему не передаёт её ощущений на русском языке?

Известный и безоговорочно авторитетный критик Виссарион Белинский написал об этом так:

«Шевченко вырос в Малороссии; если его поставила судьба в такое отношение к языку, на котором мы пишем и изъясняемся, что он не может выразить на нём своих чувств? Неужели должно заглушить в душе святые звуки только потому, что несколько человек в модных фраках не поймёт или не захочет понять родного отголоска славянского языка, летящего с юга, из колыбели славы и религии России?.. »

Но великий Белинский оказался не совсем прав. Любя и пропагандируя украинский язык, Тарас Шевченко прекрасно понимал, что язык русский – это будущее его творчества, поскольку украинский ещё не достиг той широты распространения, которая присуща, в силу многих обстоятельств, языку русскому.

А впрочем, нам остаётся лишь гадать, почему случилось так, а не иначе, но проза Тараса Шевченко полнозвучно зазвучала на русском языке: С 1853-го по 1856-й Шевченко написал девять прозаических произведений на русском: «Наймичка», «Варнак», «Княгиня», «Музыкант», «Несчастный», «Капитанша», «Близнецы», «Художник» и совершенно блестящую вещь, занявшую достойное место в русской литературе «Прогулка с удовольствием и не без морали».

Кстати, десятью годами раньше (1841-1843 г.г.) вышли не менее значимые поэтические произведения «Песня караульного у тюрьмы», «Слепая», «Тризна». Так что не стоит искать в творчестве действительно выдающегося поэта и прозаика Тараса Григорьевича Шевченко русофобские склонности.

Любопытно написал о Шевченко его современник О.Сенковский в «Библиотеке для чтения».

«Лишь только Пушкин умер, все мудрые мужи приложили палец ко лбу и задали себе вопрос: есть ли на Руси поэт? Долго думали они, много истратили времени, желчи и чернил и наконец, решили: А. не поэт, — пишет кудряво. Б.не поэт – пишет гладко. В.не поэт – не у нас печатает… Отпечаток несомненного дарования – «Кобзарь» господина Шевченко. На каком бы языке он не писал, он – поэт. Он умеет чувствовать и выразить чувство своим ловким стихом: на каждом произведении его лежит печать поэзии, которая идёт прямо к сердцу».

В отличие от сегодняшнего времени, в те годы было весьма модно не только встречаться на чаепитиях с коллегами, но и писать о творчестве друг друга.

О Шевченко писали много. Тот же Белинский даёт высокую оценку «Кобзарю», цитируя его на украинском языке. «Здесь есть и поэтические думы, и исторические легенды и чары оставленной любви, и простодушная история любви Катерыны, — словом, все элементы народной поэзии юга нашего отечества».

И тут любопытно перейти к наследникам великого Кобзаря. Если современники Тараса Григорьевича видели, прежде всего, талант, то сегодняшние критиканы видят, прежде всего, язык. Если Россия всячески поощряла творчество украинского писателя, окружала его теплотой сердец и внимания, то сегодня – иначе. Пишешь по-украински – патриот, пишешь в Украине по-русски – недруг Украины. Даже под куполом высшего органа власти Верховной рады, украиноязычные депутаты самозабвенно стучат, чем попало по столам, и вопиют: «у-кра-їн-сько-ю!», не пытаясь вникнуть в суть выступления выступающего на русском.

Можно было бы поверить в логику выпадов русофобии, если бы не ещё одно НО.

Во многих странах мира существуют украинские диаспоры. Они поддерживаются Украиной и не отторгаются той страной, где существуют. И это верно, поскольку культуры всегда обогащают друг друга, расширяя кругозор, знание и мышление человека. Именно через русские переводы вышли из своих стран, и пришли в мир Драйзер, Дюма, Гюго, Экзюпери – список длинён.

В украинско-русском случае переводы для понимания речи не особо нужны, (хотя, безусловно, интересны), поскольку оба языка – из славянской семьи и практически взаимопонятны. Стук по столам, по мнению стучащих, означает вроде бы некую форму защиты независимости Украины. Но от кого? От граждан своей страны, талант которых служит общечеловеческим ценностям, только по-русски?

Повод неубедительный – особенно на примере Тараса Григорьевича Шевченко. Хотелось бы подчеркнуть, что украинский поэт в России говорил на украинском, и никому в голову не приходило стучать по столу, запрещая ему это делать. Блестяще вписываясь в русскую среду, Щевченко оставался украинским поэтом, и в этом качестве Россия приняла его – искренне и благожелательно.

Именно за верность Украине и её народным традициям так высоко ценило русское общество литературный труд Шевченко. Именно потому так много внимания уделяли его творчеству коллеги и критики, имена которых значимы для культуры и сегодня. Среди них – Добролюбов, вышеупомянутый Белинский, Максимович, Капнист и другие. Кто из сегодняшних, даже очень талантливых украинских авторов имеют в послужном списке опубликованное профессиональное доброжелательное мнение о себе и своих книгах? Разве что три-четыре абзаца, по просьбе издателя или автора — как предисловие к издающейся книге.Или пара слов на творческом вечере писателя N. Или… Но об этом не будем.

Воспоминания о Шевченко, как правило, содержат слова любви, а порой обожания и даже восхищения личностью Тараса Григорьевича. Это процесс обоюдный: Россия и украинский писатель ощущали духовое родство, поскольку мерилом этих отношений было уважение к таланту. А уважение к таланту вызывало и добрые эмоции. Во многих русских и украинских семьях он был желанным гостем и, вспоминая о нем, друзья находили такие редкие сегодня в общественном обращении слова любви. Вот образцы некоторых из них.

«В нашей семье Тараса Григорьевича очень любили, да и как можно было не любить такого умного, такого обаятельного в обращении человека!» (Воспоминания К.Пиуновой» Литературный современник» 1939 г.№3);

«…В то время всю мою душу занимала идея славянской взаимности, общения духовного народов славянского племени, и когда я вёл разговор с ним на этот вопрос, то слышал от него самое восторженное сочувствие, и это более всего сблизило меня с Тарасом Григорьевичем». (Н.И.Костомаров,1880 г.)

«Вчера у меня был Иван Як. П(осяда) и сказал, что Шевченко написал новую поэму «Іоан Гусс». Я поневоле приятно призадумался над тем, какого гениального мы человека мы имеем в Тарасе Гр., ибо только гений посредством одного глубокого чувства способен угадывать и потребности народа и даже целого века к чему не приведут никакая наука, ни знания, без огня поэтического и вместе религиозного…» (В.Белозерский из письма Н.Гулаку)

Вряд ли будет честным отрицать великодушие России как колыбели развития Шевченковского таланта, оберегаемого и поддерживаемого интеллигенцией и не только.

Но и это не всё. Тарас Григорьевич обладал ещё одной ипостасью творчества – рисованием. И это тоже воспринималось позитивно, хотя главной темой его художественного творчества была тема не России, а Украины. Никому не приходило в голову упрекать его за это.

Выкуп Тараса Григорьевича из крепостных – хрестоматийный факт, а потому я не стану его пересказывать. Мне хотелось вернуть некоторые горячие головы в Украине к истокам дружелюбия, пример которому – судьба великого писателя Украины Тараса Григорьевича Шевченко. И не нужно переставлять акценты в судьбоносной фразе поэта:

«Чужого навчайтесь й свого не цурайтесь» – оба утверждения равнозначны. Совесть, порядочность и уважение к тому, чему нужно учиться и от чего не нужно отрекаться не зависит от того, на каком языке человек говорит.

Не всё было гладко и просто в Вашей судьбе, Тарас Григорьевич – далеко не всё. Но Вы правильно восприняли мир, и мир правильно воспринял Вас. Пора не только кричать «ура», но и следовать историческим примерам толерантности и взаимоуважения, что способствует развитию интеллекта в мире вообще. А это – весьма значимо для человечества.

Вы дошли до горизонта, Тарас Григорьевич – туда, где Украина смыкается с Россией. И это очень светлая страница в нашей совместной Истории.